Уголовно-правовая оценка деятельности участников террористической организации

Устанавливается соотношение террористической организации и террористического сообщества. Определяются возможные варианты квалификации содеянного участниками организованной группы после вынесения решения суда о запрете её деятельности.

Совершение преступления террористической направленности от имени или в интересах организации либо лицом, которое контролирует реализацию её прав и обязанностей, а также вступление в силу обвинительного приговора суда за совершение преступления, предусмотренного ст. 2054 УК, влечёт признание организации террористической (ч. 2 ст. 24 ФЗ от 06.03.2006 № 35-ФЗ «О противодействии терроризму»).

После вынесения судебного решения о запрете деятельности возможно два варианта развития событий:

  • исполнение решения суда;
  • неисполнение в виде:
    • продолжения организационно-хозяйственной деятельности организации;
    • осуществления противоправной деятельности, но не отвечающей признакам террористической;
    • продолжение деятельности организации, в рамках которой осуществляется приготовление к совершению террористических преступлений и их исполнение.

В первом случае поведение является правомерным и каких-либо негативных правовых последствий не влечёт. Во втором имеются основания для привлечения членов террористической организации к ответственности по ст. 2055 УК.

Некоторые авторы отмечают, что в отличие от экстремистской организации деятельность террористической всегда преступна, поскольку это следует из её законодательного определения, соответственно выделение вариантов а) и б) неуместно [1]. Представляется, однако, что приготовление к совершению преступлений или их реализация – обязательное условие для вынесения судом решения о ликвидации или запрете деятельности организации. В статье же 2055 УК установлена ответственность за участие в деятельности террористической организации после того момента, как судебное решение вступило в законную силу [2]. Такое участие, в свою очередь, может выражаться в проведении собраний, где обсуждаются дальнейшие планы функционирования организации, в совершении преступлений в сфере экономики с целью получения необходимых финансовых ресурсов и так далее. Также следует обратить внимание на то, что в ст. 2055 УК сказано лишь об организации деятельности организации, при этом какое-либо уточнение относительно её характера отсутствует. Таким образом, следует признать, что вынесенное судебное решение в данном случае выступает неотъемлемым объектом состава преступления.

Сделанный вывод означает, что участники террористической организации должны привлекаться к ответственности по ст. 2055 УК в любом случае, вне зависимости от того, какая именно деятельность осуществляется ими после вынесения судебного решения. В связи с этим представляется, что нельзя согласиться с мнением А. Хлебушкина о том, что если после признания организации террористической её участники сразу начали готовить или совершать преступления террористической направленности, то террористическая организация перерастает в сообщество и применению подлежит исключительно ст. 2054 УК [3]. Интересно, что автор предлагает два разных пути квалификации в зависимости от основания признания организации террористической. Так, если судебное решение явилось следствием осуждения лиц по ст. 2054 УК, то, по мнению А. Хлебушкина, идеальная совокупность в случае продолжения деятельности становится допустимой [4]. Подобная двойственность в подходе вызывает сомнения хотя бы с той позиции, что выше в свой работе автор сам указывал, что ст. 2055 УК «является уголовно-правовым средством обеспечения исполнения специфического судебного решения о ликвидации организации и запрете ее деятельности» [5]. В первом же случае дополнительный объект комментируемого состава остаётся неучтённым.

Дискуссионным является вопрос о соответствии террористической организации конкретной форме соучастия.

Обзор материалов судебной практики показывает, что такие формирования, как правило, всегда отличаются устойчивостью, структурированностью и соответствуют иным признакам организованной группы [6]. Например, в решении Московского городского суда от 18.02.2015 по делу № 3-0015/2015 отмечено, что Всероссийское общественное движение «Народное ополчение имени К. Минина и Д. Пожарского» характеризуется «устойчивостью, выразившейся в наличии руководителя в лице К.В.В., внутригрупповой дисциплины, в распределении ролей между его членами, постоянстве форм и методов преступной деятельности, сплоченности членов группы, стремлении продолжать совместное дело. При совершении преступлений каждый его участник координировал свои поступки и функции с другими участниками, сознавал, что выполняет согласованную часть единых преступных посягательств, осуществляемых в связи с принадлежностью к НОМП, и исполняет определенные обязанности, исходящие из цели деятельности движения» [7].

Однако выше мы уже установили, что осуществляемая после вынесения судебного решения деятельность участников организации может носить различный характер и не всегда криминальный. А преступная цель является неотъемлемым признаком организованной группы.

Также под вопросом может оказаться устойчивость. Рассмотрим такой пример. Организация признана террористической в силу того, что вступили в законную силу приговоры в отношении участников террористического сообщества. Осуждённые отбывают наказание в местах лишения свободы. В то же время другое лицо решает продолжить деятельность организации, в связи с чем начинает поиск потенциальных участников, разработку материалов для дальнейшей пропаганды и так далее. Иными словами занимается организацией деятельности, о которой говорится в ч. 1 ст. 2055 УК. Итак, основание для привлечения лица к ответственности, бесспорно, имеется. В то же время, очевидно, что один человек организованной группой быть не может, и признак устойчивости к нему также не применим. Таким образом, отсутствие указания на ст. 2055 УК в ч. 5 ст. 35 представляется оправданным.

Итак, при уголовно-правовой оценке деятельности участников террористической организации необходимо учитывать характер взаимоотношений участников и специфику их деятельности.

Если содеянное связано исключительно с организационно-хозяйственным обеспечением функционирования организации (поиск помещений, создание каналов связи, разработка внутренней документации и т.д.), то уголовное преследование должно осуществляться только по ст. 2055 УК.

Приготовление к совершению конкретных преступлений или их исполнение влечёт дополнительную квалификацию по соответствующему составу. При этом если будет установлено, что группа лиц обладает устойчивостью, то подлежит применению квалифицирующий признак «совершённое организованной группой» или, если он не предусмотрен конкретной статьёй, – п. «в» ч. 1 ст. 63 УК. Не исключается также при наличии соответствующих обстоятельств вменение состава преступления, описанного в ст. 2054, 208, 209, 210 и 2821 УК. Так, например, лица, входящие в состав организации, признанной судом террористической, продолжающие приготовление к очередному теракту, подлежат привлечению к ответственности по ч. 1 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 205, ч. 2 ст. 2054, ч. 2 ст. 2055 УК.

Источники:

  1. См., напр.: Ульянова В.В. Террористическое сообщество и террористическая организация: проблемы квалификации // Уголовное право. 2015. № 1. С. 104; Хлебушкин А.Г. Квалификация деятельности экстремистской организации // Законность. 2012. № 3. С. 12.
  2. Аналогия проведена со ст. 2822 УК. См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Т.К. Агузаров, А.А. Ашин, П.В. Головненков и др.; под ред. А.И. Чучаева. Испр., доп., перераб. М., КОНТРАКТ, 2013. СПС «КонсультантПлюс».
  3. См.: Хлебушкин А. Организация деятельности террористической организации и участие в деятельности такой организации (ст. 205.5 УК РФ): уголовно-правовая характеристика и квалификация // Уголовное право. 2014. № 2. С. 84.
  4. Там же. С. 87.
  5. Там же. С. 83.
  6. См., напр.: Определение Верховного Суда РФ от 12.08.2015 № 5-АПГ15-31 // СПС «КонсультантПлюс»; Определение Верховного Суда РФ от 27.11.2013 № 5-АПГ13-50 // СПС «КонсультантПлюс»; Решение Московского городского суда от 28.06.2013 по делу N 3-67/2013 // СПС «КонсультантПлюс».
  7. Решение Московского городского суда от 18.02.2015 по делу № 3-0015/2015 // СПС «КонсультантПлюс».

Статья подготовлена с учётом нормативных правовых актов в редакции, действующей на 18.02.2016 г.

Выходные данные: Саблина М.А. Уголовно-правовая оценка деятельности участников террористической организации // В кн. Криминологические основы уголовного права // Материалы X Конгресса уголовного права, состоявшегося 26-27 мая 2016 г. / отв. ред., докт. юрид. наук, проф. В.С. Комиссаров. — М.: Юрлитинформ, 2016. — С. 532-535.

 

Статьи по схожей тематике:

  1. Квалификация преступления, совершённого участниками организованной группы.
  2. Организация преступления в Особенной части Уголовного кодекса.
  3. Соисполнитель преступления: вопросы квалификации.
  4. Количество соисполнителей как признак группы лиц по предварительному сговору.
  5. Исполнитель преступления в институте соучастия (автореферат диссертации).

 

Поделиться в социальных сетях:

Добавить комментарий