Функция исполнителя преступления

/ Функция исполнителя преступления
Чёткое понимание функционального назначения деяний исполнителя необходимо для правильной квалификации содеянного в соучастии, поскольку позволяет отграничить исполнителя от других видов соучастников и избежать неправомерного вменения группового признака при отсутствии двух соисполнителей.

Исполнитель — разновидность субъекта преступления, возникающая при совершении преступного посягательства в соучастии. Уголовной науке известно множество подходов к выбору критерия для деления соучастников на виды. Среди них: объективная теория (А.Ф. Бернер, С. Будзинский, А. А. Пионтковский, Н. С. Таганцев, А. Фейербах), субъективная (С.И. Баршев, Н.Д. Колоколов), смешенная (Н.Д. Сергеевский), финальная теория действия (М.И. Ковалёв), теория причинной связи (А. Фейербах, Т.В. Церетели) и некоторые другие [1].

В основу действующего законодательного деления положен функциональный признак, что поддерживается большинством авторов [2]. Так, Д. А, Безбородов указывал, что «при квалификации преступления, совершённого в соучастии, требуется установление конкретных функций лиц, совместно участвовавших в совершении общественно опасного деяния» [3]. М.И.
Ковалёв отмечал, что для разграничения видов участия в преступлении необходимо отталкиваться от понятия действия, так как только это позволит установить, что следует понимать под соучастием [4]. Л. Д. Гаухман писал, что «в основе такого разграничения лежит содержание содеянного» [5].

Тем не менее замечания ряда авторов о наличии изъянов в действующем делении соучастников на виды не беспочвенны. Например, М. И. Ковалёв считал, что подстрекатель и пособник выделяются по характеру участия в преступлении, а организатор — по степени [6]. Солидарны с ним Р. Р. Галиакбаров и А. Царегородцев [7]. Определение исполнителя в свою очередь сводится лишь к перечислению его разновидностей и вообще не даёт чёткого понимания относительно функционального назначения данного соучастника.

Пытаясь дать определение исполнителю, авторы на вопрос — что совершает (выполняет) данный соучастник? — с теми или иными уточнениями отвечают, оперируя одним из трёх терминов: преступление, объективная сторона, деяние. Оценим допустимость использования каждого из них.

Преступление. Статья 32 УК свидетельствует о том, что все соучастники совершают преступление. Если быть точным – участвуют в его совершении. Однако очевидно, что участвовать в совершении преступления путём совершения преступления – это бессмыслица.
Таким образом, в соответствии с легальным определением соучастия правы были Г. А. Кригер и П. И. Гришаев, писавшие: «Нельзя считать, что только исполнитель совершает преступление, совершают преступление все соучастники» [8]. Тем не менее если абстрагироваться от положений ст. 32 УК, то законодательное распределение ролей соучастников, закреплённое в ст. 33 УК, не даёт оснований для критики. Организатор, подстрекатель и пособник лишь содействуют совершению преступления, в то время как исполнитель его совершает. Для гармонизации уголовного закона достаточно из определения соучастия убрать указание на совершение, изложив комментируемую норму следующим образом: «Соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух или более лиц, подлежащих уголовной ответственности, в умышленном преступлении».

Сложности возникают при определении основания привлечения организаторов, подстрекателей и пособников к уголовной ответственности. Если указанные соучастники преступления не совершают, то не соблюдается требование ст. 8 УК о совершении деяния, содержащего все признаки состава преступления. В связи с этим высказывались предложения о необходимости введения дополнительных норм, способных разрешить указанную проблему. Представляется, однако, что данная мера излишняя. Возможных объяснений такому утверждению два.

Сторонники первого считают, что для преступлений, совершаемых в соучастии, объективная сторона описана и в Общей, и в Особенной частях УК. Так, Д. И. Джулай писал, что «особенность законодательной характеристики состава преступления, совершаемого в соучастии, состоит в том, что его признаки указываются не только в статье Особенной части, но и в Общей части — ст. 33 УК РФ» [9]. На аналогичное обстоятельство указывал Н.Д.
Дурманов, характеризуя в целом состав преступления. По мнению автора, под ним нужно понимать «совокупность сформулированных в Общей и Особенной частях … уголовного права объективных и субъективных признаков, характеризующих определенное действие как преступление» [10].

Второе возможное объяснение заключается в том, что действия каждого из соучастников, описанные в ч. 2−5 ст. 33 УК, преступны [11]. При этом общее для всех преступление, состав которого закреплён в Особенной части УК, являющееся целью соучастия, совершает только исполнитель.

Тем не менее, какое объяснение мы бы не выбрали, очевидно, что преступление без соответствующего уточнения использовано в определении исполнителя быть не может, поскольку оно охватывает в том числе действия, описанные в ч. 3−5 ст. 33 УК, что не позволяет выявить специфику деятельности соучастника, указанного в ч. 2 ст. 33 УК. В связи с этим, представляется, правы все те, кто сужают спектр выполняемого исполнителем рамками Особенной части УК [12].

Объективная сторона. Многие авторы указывали на предпочтительность оперирования этим понятием вместо «преступление», отмечая конкретизированность первого [13]. Однако в данном случае также требуется уточнение о месторасположении объективной стороны — в Особенной части УК.
Деяние. Очевидно, что без каких-либо дополнений оно не имеет определённого содержательного наполнения и привязки к уголовно-правовой сфере. О. Л. Цвиренко предлагает такой вариант: «деяние (действие или бездействие), образующее объективную сторону состава преступления» [14]. Подобное изложение представляется предпочтительней составленной А. А. Арутюновым редакции: действие (бездействие), предусмотренное статьёй Особенной части УК [15]. Дело в том, что не все деяния, которые могут быть совершены исполнителем, предусмотрены непосредственно в тексте той или иной статьи. И речь не о бланкетном или обобщающем способе изложения. Речь о других признаках объективной стороны. Поясним на примере. Кража предполагает тайность хищения. Тайность является характеристикой способа хищения. Действие, её обеспечивающее, может иметь различные проявления, но статьёй они не предусмотрены. Получается, лицо, обеспечивающее тайный характер хищения, преступления не исполняло, что не соответствует действительности.
С учётом того, что исполнитель может действовать как один, так и совместно с другим исполнителем, то при выработке общего определения ряд авторов даёт уточнение на полное или частичное выполнение, что бесспорно правильно [16]. Однако принципиальное значение имеет, какое из трёх понятий (преступление, объективная сторона или деяние) при этом используется. Дело в том, что в отличие от объективной стороны (которая может быть сложной), деяние неделимо. Оно либо есть, либо его нет. Аналогичным образом сложно представить частичное совершение преступления. Содеянное либо преследуется уголовным законом, либо нет. Не бывает полупреступления.

Подведём небольшой итог сравнению понятий преступление, объективная сторона и деяние.
Первое следует признать наименее удачным, поскольку оно требует внесения изменений в ст. 32 УК, а также не допускает указания на полное или частичное совершение. Использование третьего уместно при следующей формулировке: совершение деяния, образующего объективную сторону состава преступления, предусмотренного Особенной частью УК, или её часть. И, наконец, с «объективной стороной» получается такой вариант: полное или частичное выполнение объективной стороны состава преступления, предусмотренного Особенной частью УК. При одинаковом содержании с позиции краткости «выигрывает» последний вариант.

Ряд авторов справедливо обращает внимание на необходимость при выработке определения исполнителя учитывать положения о стадиях совершения преступления. Некоторые используют их как критерий для разграничений видов соучастников. Так, А. М. Трухин выделяет шесть видов участия в преступлении: непосредственное исполнение, посредственное исполнение и непосредственное участие (пособничество-соисполнительство и руководство), подстрекательство, пособничество и организация на стадии приготовления. При этом последние три вида являются опосредованным участием и могут существовать только на стадии приготовления, в то время как первые три с момента покушения воплощают собой непосредственное участие [17].

Детально развивает эту идею Н. А. Бабий. Автор справедливо отмечает, что «на стадии приготовления, как и на стадии покушения, также необходимо определять вид соучастника в преступлении, поскольку от этого непосредственным образом зависит реализация принципов справедливости и индивидуализации ответственности» [18]. В частности, готовящееся участие двух исполнителей требуется квалифицировать как приготовление к групповому преступлению.

Затем учёный констатирует, что «исполнительство — это часть преступления как с точки зрения института соучастия, так и сточки зрения института стадий совершения преступления» [19].
Данное утверждение спорно ввиду смешения терминологии, которую автор, кстати, многократно призывает соблюдать. Н. А. Бабий придерживается мнения о недопустимости отождествления фигуры исполнителя и единоличного совершителя [20]. Тем не менее, признавая исполнение стадией любого преступления, в том числе совершаемого вне соучастия, мы автоматически допускаем возможность именовать единоличного причинителя исполнителем. Ведь тот, кто исполняет, есть исполнитель. Думается, что исполнение и все его производные должны употребляться сугубо в рамках института соучастия. Особенно ввиду того, что для обозначения стадий есть давно устоявшиеся термины: приготовление к совершению преступления, покушение на совершение преступления и оконченное преступление.

Н.А. Бабий настаивает на том, что «как только организаторы и пособники включаются в процесс исполнения объективной стороны преступления, они уже становятся соисполнителями преступления, а не организаторами и пособниками» [21]. Учёный мотивировал своё мнение тем, что пособник с момента покушения относится к совершаемому преступлению «в такой же степени, как если бы это лицо само выполняло преступное деяние; соображение о том, что исполнитель передумает или не воспользуется оказываемым содействием, в этом случае едва ли возможно» [22]. Разделял указанную позицию В. Спасович [23].

В результате автор вырабатывает критерий отнесения деяний к объективной стороне — функциональное единство деяний, их сплетённость. Таким образом, исполнение содержит в себе центральное звено (описанное в Особенной части УК) и непосредственно связанные с ним, выполняющие обеспечительную роль [24].
Направление мысли автора понятно. Тем не менее позиция уязвима по двум причинам. Во-первых, обеспечительная роль ставит под сомнение функциональное единство деяний, о котором учёный сам пишет. Во-вторых, принятие сформулированного подхода позволит считать соисполнителем лица, не обладающего признаками специального субъекта, хотя такая квалификация Н. А. Бабием категорически отрицается [25]. Таким образом, выработанный подход содержит изъян, который автор клал в основу критики действующего деления соучастников на виды — нарушение единства критерия классификации [26].

Итак, для отделения исполнителя от других соучастников необходимо определение его роли в совместно совершаемом преступлении. В отличие от организатора, подстрекателя и пособника только исполнитель способен выполнить объективную сторону состава преступления, закреплённого в Особенной части УК. Ввиду возможности соучастия нескольких исполнителей, а также с учётом выделения стадий совершения преступления необходимо сделать уточнение о том, что объективная сторона может быть выполнена полностью или частично. Поскольку выполнение объективной стороны означает, как минимум, покушение на совершение преступления, то без соответствующих дополнений остаётся неучтённой стадия приготовления, на которой определение ролей соучастников также необходимо. Таким образом, функция исполнителя преступления заключается в полном или частичном выполнении объективной стороны состава преступления, предусмотренного Особенной частью УК, или осуществлении приготовления к её выполнению.
Источники:

  1. См.: Безбородов Д.А. Виды соучастников преступления: лекция. Тюмень: Тюменский юридический институт МВД РФ, 2001. С. 5–7; Васюков В.В. Виды соучастников в уголовном праве России: дис. … канд. юрид. наук: 12.00.08 / Васюков В.В. СПб., 2008. С. 60–80; Дядькин Д.С. Соучастие в преступлении: монография. М.: Компания Спутник+, 2004. С. 74–80.
  2. Подробнее см.: Усов В.Г. Понятие и ответственность исполнителя преступления: дис. … канд. юрид. наук: 12.00.08 / Усов В.Г. М., 2006. С. 58, 59.
  3. Безбородов Д.А. Указ. соч. С. 4.
  4. См.: Ковалёв М.И. Соучастие в преступлении: монография. Екатеринбург: Изд-во УрГЮА, 1999. 109–111.
  5. Гаухман Л.Д. Соучастие в преступлении по советскому законодательству (опыт сравнительного правоведения): лекция. М.: Академия МВД СССР, 1990. С. 21.
  6. См.: Ковалёв М.И. Указ. соч. С. 94, 95.
  7. См.: Галиакбаров Р.Р. Борьба с групповыми преступлениями: вопросы квалификации. Краснодар: Кубан. гос. аграр. ун-т, 2000. С. 22–23; Царегородцев А. Разграничение действий организатора преступления и подстрекателя // Советская юстиция. 1974. № 8. С. 9.
  8. Гришаев П.И., Кригер Г.А. Соучастие по уголовному праву. М.: Госюриздат, 1959. С. 136.
  9. Джулай Д.И. Предупредительная функция уголовной ответственности за преступления, совершённые в соучастии // Вестник Пермского Университета. Юридические науки. 2013. № 2. С. 211. Аналогичной позиции придерживаются и другие авторы. См.: Иванчин А.В. Теоретическая модель предписаний Уголовного кодекса РФ об основании уголовной ответственности и малозначительности // Lex russica. 2015. № 6. С. 22.
  10. Дурманов Н.Д. Стадии совершения преступления по советскому уголовному праву. М.: Госюриздат, 1955. С 81–82.
  11. См.: Павлухин А.Н. Виды и ответственность соучастников преступления: монография / А.Н. Павлухин, Р.С. Рыжков, Н.Д. Эриашвили; под ред. А.Н. Павлухина. М.: ЮНИТИ-ДАНА: Закон и право, 2007. С. 62.
  12. См., например: Арутюнов А.А. Соучастие в преступлении. М.: Статут, 2013. С. 178; Бабий Н.А. Соучастие в преступлении: формы, виды, ответственность: монография. М.: Юрлитинформ, 2015. С. 150; Наумов С.Н. Указ. соч. С. 7; Усов В.Г. Указ. соч. С. 15; Цвиренко О Л. Исполнитель преступления как вид соучастника по уголовному праву Российской Федерации: дис. … канд. юрид. наук: 12.00.08 / Цвиренко О.Л. М., 2005. С. 29; и др.
  13. См.: Козлов А.П. Соучастие. Традиции и реальность. СПб.: Юридический центр Пресс, 2001. С. 86; Кузнецов А. Квалификация соучастия в преступлении // Советская юстиция. 1965. № 11. С. 7; Пинчук В.И. Соучастие в преступлении. Учебное пособие. СПб.: Санкт-Петербургский юридический институт Генеральной Прокуратуры РФ, 2002. С. 22–23; Тельнов П.Ф. Ответственность за соучастие в преступлении. М.: Юридическая литература, 1974. С. 73–74; Уголовное право: учебник для юридических школ / Под ред. И.Т. Голякова. М., 1943. С. 104.
  14. См.: Цвиренко О Л. Указ. соч. С. 29.
  15. См.: Арутюнов А.А. Указ. соч. С. 178.
  16. См.: Козлов А.П. Указ. соч. С. 83. См. также: Тельнов П.Ф. Указ. соч. С. 73–74; Цвиренко О.Л. Указ. соч. С. 29.
  17. См.: Трухин А.М. Непосредственное и опосредованное участие лиц в совершении преступления // Государство и право. 2008. № 9. С. 58.
  18. Бабий Н.А. Указ. соч. С. 160.
  19. Там же. С. 165.
  20. См.: Там же. С. 167.
  21. Там же. С. 199. См. также: Там же. С. 220–221.
  22. Немировский Э.Я. Учебник уголовного права. Общая часть. Одесса: издание акционерного Южно-Русского общества печатного дела, 1919. С. 201.
  23. См.: Спасович В. Учебник уголовного права. Т. 1. Вып. 1. СПб.: Тип. Иосафата Огризко, 1863. С. 176.
  24. См.: бабий Н.А. Указ. соч. С. 201.
  25. См.: Там же. С. 17–23.
  26. См.: Там же. С. 140.
Статья подготовлена с учётом редакции нормативных правовых актов, действующей на 31.05.2016 г.
Не нашли ответа на свой вопрос? Пишите на почту info@msablina.ru.
Не бойтесь защищать свои права и делайте это с нами!

Читайте также

Оценивается необходимость самостоятельной криминализации принуждения с целью заставить другое лицо совершить преступление с учётом положений Общей части Уголовного кодекса РФ о подстрекательстве. ...
Принуждение как способ вовлечения лица в совершение преступления
В Уголовном кодексе РФ (далее – УК) институту соучастия посвящена глава 7. Ее расположение в Общей части УК свидетельствует о возможности применения норм о соучастии при квалификации содеянного по любой ...
Соучастие в Общей и Особенной частях Уголовного кодекса: конкуренция или коллизия норм?
Оценивается сложившийся в правоприменительной практике подход относительно признания участников организованной группы соисполнителями вне зависимости от фактически выполняемой ими роли ...
Квалификация преступления, совершённого участниками организованной группы

Контакты

Ежедневно с 11.00 до 21.00
Москва, проспект Вернадского, дом 41, строение 1, кабинет 414
Лаборатория права Майи Саблиной
Мы в социальных сетях